Культурные заметки. Сайт для тех, кто любит искусство

Мэрайя Кери

Когда в “Тихом часе” юноши и девушки целуются в кадре - это твоя идея?
Нет. Это была идея нашего продюсера. Ради рейтинга периодически возникают разные маразматические идеи.

И ты на все соглашаешься…
В зависимости от настроения. Но, видимо, тогда жара была, и я согласился. Подумал: почему бы и нет?

Что происходит, если ты в плохом настроении выходишь в эфир?
Это очень любопытно сказывается на качестве эфира. Еще на радио я заметил: если идешь на прямой эфир, а накануне, например, был послан девушкой, напился, наутро проснулся в жутком состоянии, то, как ни странно, “закрывая” микрофон в конце передачи, понимаешь, что это был один из лучших эфиров. То же самое с телевидением.

И часто ты работаешь в плохом настроении?
Не-е-ет. Ха-ха! Я не порчу себе настроение искусственно или не напиваюсь за час до эфира, чтобы чувствовать себя очень хреново. Просто я не боюсь этого состояния.

Что тебе не нравится больше всего в собственной внешности?
Наверное, все не нравится. Бог мне как-то не дал тело Шварценеггера, у него, по-видимому, была другая задача. Но вообще я уже в таком возрасте, когда все по фигу, и на такие вещи не обращаю внимания.

Какие преимущества есть у популярности?
Еще года три назад я был абсолютно неизвестный, никому на фиг не нужный человек. А теперь всех стало интересовать, с кем, когда и где я занимался сексом в экстремальных ситуациях. И все потому, что я теперь - человек из “ящика”, говорящая голова. Знаю, что это не вечно, и пытаюсь иногда даже откинуть какую-нибудь “дезу”, которую потом будет интересно прочитать. Другими плодами славы я не пользуюсь.

Если плодами не пользуешься, то как ты справляешься с недостатками популярности?
Есть один скверик в Москве, называть его, конечно, не буду. Там я люблю уединиться: совершить пробежку, просто посидеть, расслабиться. Когда навстречу идет молодежь, я автоматически натягиваю кепку на лицо и опускаю голову. Ну, а темные очки я всегда носил. Вообще, когда я принял решение работать в этом бизнесе, то знал, на что иду. Как правильно сказал Фил Коллинз: известные люди, жалующиеся на своих поклонников, - это лицемеры.

Наверное, для того, чтобы скрываться от народа в скверике с натянутой на лицо кепкой, одного “ящика” недостаточно. Что является причиной такой любви к тебе?
Понятия не имею. Поверь мне, это все магия телевидения. Радио, кстати, в этом плане гораздо серьезнее - ты говоришь, а у слушателей в голове включается свой театр. У многих он работает в совершенно искаженном формате. Ты говоришь людям: “Доброе утро, Москва!”, а они слышат: “Встань, возьми лопату и выкопай передатчик”. Один такой человек пытался выкопать у башни наш радиопередатчик. Когда его взяли, он сказал, что услышал дьявола в голосе Стрельникова.

Тебе не надоела проамериканская манера одеваться: джинсы, футболка и поверх нее рубашка?
Ха-ха! Приятельница, у которой бзик на шмотках, называет мой стиль “бомж”. Говорит, вы, американцы, все бомжи. Но я считаю, что можно пойти купить футболку за 99 центов и она будет так же прикольно и качественно смотреться, как и футболка за 99 долларов. Вообще в магазины я хожу только под Рождество. Покупаю все сразу на год вперед.

Ну, а что-нибудь святого хоть у тебя в жизни есть?
Вечер пятницы, суббота и воскресенье. То есть weekend - это свято. Еще - познание святого. Я дожил до седых волос, и меня наконец-таки заинтересовала Библия. Как мне кажется, у Господа Бога очень слабый PR на этой Земле. Многие не задумываются об этом. Я не большой специалист по Библии. Очень медленно ее читаю, уже лет десять. Причем тот вариант из трех тысяч страниц, где есть комментарии для лохов: объяснение нормальным языком того, что ты сейчас, лох, прочитал и ничего не понял. Очень часто люди бесятся, что чего-то у них нет в жизни, и забывают о том, что есть. Так вот, перед тем, как сказать: Боже, какая у меня хреновая жизнь, надо просто подумать, а есть ли у тебя на это основания. Еще я читаю Библию, потому что мне любопытно, как все мы, 99,9 процента, там будем гореть.

Может быть, ты стареешь?
Наверное, по годам действительно пора успокоиться. Мое умственное развитие остановилось на уровне 17-18 лет. Я часто залезаю на крышу, чтобы очередную спутниковую антенну установить, и прыгаю там, как макака. А потом думаю: блин, тебе надо тихо, спокойно сидеть перед телевизором, пердеть и смотреть боевик, а ты все, как идиот, скачешь по крышам.

Тебе не бывает стыдно перед детьми за свои выкрутасы в телевизоре?
Я верю в то, что делаю. И всегда делал то, что хотел. Никогда не делал того, что мне не нравилось. Просто вставал и уходил. Иногда жалел об этом. Но я очень импульсивный человек. Если у меня когда-нибудь будут дети, всплывут где-нибудь, то я их буду воспитывать в таком же ключе.

Чтобы “всплыли дети”, у тебя наверняка есть проверенный способ затащить девушку в постель?
Есть. Срабатывал много раз. Мы ходим в бар компанией человек в пятнадцать. Естественно, каждый раз бывают новые девушки. Появляешься позже всех и краем глаза на кого-то обращаешь внимание. Затем весь вечер сидишь и игнорируешь конкретно этого человека. Проходит часа три, все устали, кто-то теряет сознание, а я сижу в другом углу - напротив “жертвы”, которая тоже делает вид, что особо не заинтересована, хотя ты знаешь, что контакт-то уже произошел. И тут встаешь, говоришь, что пора идти, со всеми прощаешься и, проходя мимо нее, бросаешь: “Слушай, пошли спать, а?” Девушка встает и идет с тобой. Где-то на третий раз на это обратили внимание мои “дебилы” и начали это практиковать. Я даже не понимаю, почему, но это срабатывает.

Почему ты называешь своих друзей “дебилами”?
Это повелось еще с Нью-Йорка. Там есть банды, знаменитыe Warriors (”Воины”) или Sharks (”Акулы”), а мы назвали себя “Дебилами”. Это официальное название нашей компании.

Что для тебя могло бы стать проверкой на порочность, от слова “порок”?
Я не знаю, что называть порочностью. Но группешники никогда не любил и не участвовал в них, хотя “дебилы” часто затаскивали меня на них. А я, как испуганный младенец, убегал оттуда. Если серьезно: зачем мне смотреть на волосатую задницу моего приятеля? Я люблю один на один. Не со своим приятелем, а со своей подругой.

Не могу сдержать любопытство: у тебя под пижамой в “Тихом часе” были трусы или нет?
Я уже не сижу в пижаме. Но тогда трусы под ней были. Это, может, и не очень логично. Но здесь все-таки телевидение, и, наверное, было бы не очень здорово, если бы в какой-то момент я разбежался, пытаясь прыгнуть на диван, и, задев какой-нибудь кабель пижамой, начал светить гениталиями в прямом эфире на всю аудиторию. Думаю, это было бы не очень приятное зрелище. Хотя, конечно, мне иногда хочется показать задницу этой стране. Так что, возможно, я еще, вернусь в эфир в пижаме.