Культурные заметки. Сайт для тех, кто любит искусство

Ночные снайперы

По телефону и в этом интервью говорит Диана. С патетическими интонациями. Под-ч-еркивая согласные. Держа паузы. Света мягче. Она молчит. Как настоящий серый кардинал. И в самом деле она - первая скрипка.

Как должны выглядеть настоящие ночные снайперы?

Суть - это песни. Не хотелось бы, чтобы то, чем сопровождается их исполнение, перечеркивало главное. Мы выходим на сцену не клоунами и не проповедниками каких-либо социальных идей. Хотя каждый что хочет, то в нас и видит. И я к этому привыкла.

Чего ты никогда не станешь делать на сцене?

Врать, как и в жизни. А вообще на концертах хотелось бы достичь абсолютного улета. Я считаю менее удачными те концерты, на которых постоянно чувствуешь подошву своих ботинок. Когда ты отрываешься и становишься после концерта мокрым, как кролик, вот это да!

Есть разница в твоем поведении на сцене и в жизни?

На сцене ты более открыт, потому что чувствуешь себя абсолютно свободным и неуязвимым.

Неуязвимым? А кого ты боишься?

Когда я поняла, что буду петь всю жизнь, стала сжигать за собой мосты. Сейчас я могу сказать, что мне бояться по большому счету некого. Всех, кого могла потерять, я уже потеряла.

И стала свободнее?

Конечно.

А когда ты поняла, что будешь петь?

В три года.

И начала сжигать мосты?

Не сразу. Сначала мама поставила меня на табуретку, и я спела “Чебурашку”. Осознанно действовать стала намного позже - в 1993 году, когда поменяла Магадан на Питер. Там я закончила факультет “Русский как иностранный”. В то же время у меня появился человек, который сказал: “Ты делаешь все, что хочешь, но не поешь”. Я решила работать на радио. Разослала резюме, стала ждать. А потом мы сидели с этим парнем в ресторане на Останкинской башне, мимо проходили люди, они пели русские народные песни и зарабатывали этим на жизнь. Я встала и пошла с ними петь. Прямо в ресторане. С молодым человеком мы после этого расстались.

Что бы ты изменила, если бы начала жизнь заново?

Ничего. Все, что должно было произойти, произошло. Единственное, я бы не позволила родителям грохнуть свою собаку.Я тогда просто уехала на картошку. Приехала - собаки уже не было.

Как складывались отношения
с родителями?

У меня с ними всю дорогу были чудные отношения. Родители развелись, когда я была во втором классе. Мама вышла замуж,и отчима я иначе как тятей (по-сибирски) не называла. Мы миновали много поселочков на Чукотке и Колыме и очутились в Магадане. Я пошла в университет, тогда же отец научил меня играть на гитаре. В Питер решила ехать посреди учебного года. Мама была против, но отец сказал: “Я в 18 лет хотел доехать до Магадана на мотоцикле. До сих пор жалею, что не сделал этого. Поезжай”. Мама смирилась, но руки не подала, когда я уезжала. Через некоторое время мы помирились. Правда, была еще одна ситуация, когда родители поняли, что я не буду работать по специальности. Мама тогда сказала, что у нее есть возможность забыть о моем существовании или меня принять. Я сказала ей: “Выбирай второе, заработаешь на мемуарах”.

Что тебя формировало - школа, книжки, фильмы…

Думаю, формировал меня во многом Север. Это совершенно иная страна со своими законами и спецификой. Сейчас там все рушится, остается только столица - Магадан. Школы, где я училась, больше нет - поселок вымерз. Я понимаю, что это дико звучит и я похожа на такого медведя. Нет, не очень похожа.

А в чем заключается влияние Севера?

Это какая-то диковинная сила, во-первых, во-вторых, честность, в-третьих, стойкость. И еще способность в любой момент отдать.

Скучаешь?

Нет. Пытаюсь сохранить в себе детство. Если оно покроется пылью, мне будет очень сложно вернуться к себе. А пока я сама для себя очень близка.

А чем вообще взрослые отличаются от детей?

Способностью радоваться.

Какие три вещи ты взяла бы
с собой на Луну?

Перочинный нож, ручку и яблоко.

А перочинный нож зачем?

Чтобы резать яблоко.

Тебе нравится влиять на людей?

Власть - страшная штука, похлеще любого наркотика. Легко губить людей, имея над ними власть. Но надо помнить -ты в ответе. Я не могу себе сейчас позволить быть в ответе. Я недостаточно ответственна, но я набираю очки. А пока взглядов своих не навязываю: хочешь - слушай, не хочешь - выключай.

Что ты думаешь о книгах?

Минус - русские народные сказки, плюс - “Карлсон, который живет на крыше”, Крапивин (детский писатель, фишки которого - шпаги, каравеллы
и пацаны в спущенных гольфах). Классику перечитала всю, исключение - “Мать” Горького и пьесы Островского. Потом был серьезный крен в зарубежную литературу. Ремарк. Он, кстати, для меня - прямое продолжение Крапивина на более взрослом уровне. Потом эта троица - Борхес, Маркес и Кортасар.

А что ты прочитала за последнее время?

Знаешь, я в детстве думала о родителях, что они все знают. Они приходили домой и ничего не читали. Теперь себя ловлю на том, что в свободное время я скорее посмотрю в окно или поиграю в шахматы, чем возьмусь за буквы.

Почему это происходит?

Мне больше стал интересен реальный мир. Каждый день нов, несмотря на то, что названия повторяются. Поэтому реальные события больше цепляют. Мне никогда не было с собой скучно,
и я очень много думаю внутри.

Твои песни про тебя или про некоего лирического героя?

Песни из меня, но не всегда про меня. А мой герой ни фига не лирический. Он очень вредный. И строптивый. Самый натуральный Дон Кихот, который борется
с ветряными мельницами. Такое легкое садо-мазо. Просто быть счастливым ему недостаточно.

Твои песни очень патетичные, с надрывом. Хотя при этом ты - ироничный человек. Почему у тебя в текстах нет смайликов?

Лучше грустно петь, чем грустно жить. Это раз. Два - мои песни имеют русские рок-н-ролльные корни. В русском роке все постоянно пытаются резать душу на куски. Можно, конечно, резать и улыбаться, но это будут кривые улыбки. Хотя, следующий альбом будет намного мягче…