Культурные заметки. Сайт для тех, кто любит искусство

Весна

So she was considering, in her own mind,.. whether
the pleasure of making a daisy-chain would be worth
the trouble of getting up and picking the daisies,..
Lewis Carroll. Alice’s Adventures in Wonderland.

Была весна. Таял последний снег, вовсю хлюпала под ногами грязь. Они шли по асфальтовой дорожке впятером. Хорошая компания. Остановилсь. Он, Она, Ее Отец и Две Большие Черные Собаки.

Подошли еще какие-то люди. Он их не знал. А у них тоже были собаки. Разговорились. Он стоял, скучая, изредка поглядывая на Нее. Вокруг суетятся собаки. Их уже много, штук шесть или восемь. Вдруг один симпатичный такой пес подбегает к Нему и поднимает заднюю лапу. Потом еще раз. Он не сразу сообразил, что происходит. Когда наконец дошло, было уже поздно…

Пришли к Ней домой. Ему дали старые, все в дырах, треники. Обделанные штаны постирали. Ужинали, пили чай, веселились все вместе.

Стемнело. Он и Она сидели у Нее в комнате. Учились. На первом курсе еще надо учиться… Поздно… Она, отложив книжки, легла спать. Он остался наедине со своим английским. Штаны молча сохли в ванной. Было ясно, что домой Он сегодня не уедет.

Изредка Он отрывался от книги и оглядывался. Она каждый раз пыталась делать вид, что спит. И каждый раз чуть-чуть не успевала. Он ловил Ее взгляд, смотрел еще немного на Нее, снова брался за книгу.

В очередной раз Он не выдержал. Закрыл учебник, отложил в сторону. Тихо сел на краешек Ее постели. Она приоткрыла глаза.

– Ты чего? Давай, учись! Тебе завтра тексты сдавать!
– Я уже все, — соврал Он.

Кончиками пальцев легко коснулся Ее щеки. Она улыбнулась, но промолчала. Легкий, быстрый поцелуй. Он знал, что Ей это нравится.

Она сладко потянулась. Толстое одеяло сползло чуть вниз, но Его ожидало разочарование: Она имела обыкновение спать в длинной футболке. Он тихо вздохнул и снова поцеловал Ее. Она обняла Его, запустила прохладные пальцы в Его шевелюру. Они больше ничего не говорили друг другу.

Через футболку Он ласкал Ее грудь. Потом надоело так извращаться. Плавное движение руками… и вот Она уже без футболки, наполовину скрытая одеялом.

Он знал: сейчас будет месть. И Она не заставила себя ждать: Его рубашка, в мгновение ока лишившаяся пуговиц, падает на пол.

Он обнимает Ее, целует Ее подбородок, шею, грудь… Он спускается все ниже… Одеяло, не выдержав Его натиска, отправляется вслед за рубашкой. Он впервые видит Ее полностью обнаженной. У Него от возбуждения перехватывает дыхание.

– Не надо… — страстно шепчет Она, пытаясь оторвать Его от себя.

Он на мгновение поднимает голову, смотрит Ей в глаза. Быстрым движением целует в губы.

– Тебе не нравится так?.. — Он с трудом выговаривает слова.
– Не сейчас, милый…

Но Он не слушает. Устроившись поудобнее у Нее в ногах, Он кладет руки на Ее бедра, наклоняется к Ней, целует… Она судорожно вздыхает, зарывается руками в Его волосы… Его руки нежно ласкают Ее грудь… Все куда-то исчезает, растворяется в каком-то тумане… Во всем мире остаются только они двое…

С грохотом вламывается в комнату Собака. Они, вздрогнув, резко садятся. Он в первый момент не понимает, что происходит.

Заглядывает в комнату Ее Мама. Сонная, в ночной рубашке.

– Вы чего до сих пор не спите?

Она безуспешно пытается скрыть свою наготу. Ему все равно.

Собака нагло залезает на постель, вытягивается во всю длину и требует, чтобы ее погладили. Они остаются втроем.

Он обнимает Ее за плечи, привлекает к себе. Ей страшно неловко.

– Что теперь тебе будет? — тихо спрашивает Он.
– Ничего. Мама всегда говорила: будет друг — лучше приводи его домой. Так что все в порядке.
– Тебе хорошо со мной?
– Мне с тобой всегда хорошо.

Они молчат. Собака переворачивается с боку на бок, требуя внимания. Она снова начинает говорить.

– Слушай, если я скажу, что это в последний раз, ты обидишься?
– Не говори так…

Он думает, что Она шутит. Он еще не знает, что так оно и будет.

1996.
George the ARTiST.